October 26th, 2011

Сандра Вячеславна

В процессе АТАКовских закупок недвусмысленно заявили, что желаютъ грибного супчика с перловкой. Вот когда в гостях, мол, была бабушка, она такой вкусный супчик с сушеными белыми грибочками готовила, что на всю жизнь запомнить можно. А ты, мамочка, конечно вкусно готовишь, но такого супчика никогда не варила и не сваришь...
Что делать, придется соответствовать.
Попутно раздала ещё кусочек долгов и забила холодильники-шкафчики традиционным припасом на две недели автономного жития, что с гарантией перекрывает мне зону тревожности. Жизнь налаживается :)
promo nikab january 25, 2019 07:55 109
Buy for 200 tokens
Что я умею делать: Журналистика. Опубликовала более 1000 статей в журналах «ОК», «Шпилька», «Психология на каждый день», «Зооновости», «Наш собеседник», "ТаймАут", "Офис Магазин", «Мир Фантастики»,…

(удовлетворенно)

А текстики-то потихоньку в печатъ ползутъ... А я - мя, господа присяжные заседатели. Ща добью рассказ - и за Зилант наконец-то по полной. Кажется все-таки еду, хотя и только ко второму дню и без платья - буду мексиканить в новой шали и старой шляпе. Остался интересный вопрос, кому сплавить детей дня на три.Но и его решим :)

Новый рассказ

Прошу любить и жаловать.

Дары Кандары

Тильда Бам была хорошей женой для штурмана Самуэля. Твердой рукой она вела дом, пекла и шила, доила пятнистых коз, собирала по осени яблоки и готовила лучший в поселке сидр. Два сына, которых она родила штурману, получилсь в отца – честные, крепкие, ясноглазые парни с волосами цвета соломы, крепкими кулаками и чутьем на попутный ветер и встречные мели. Две дочери удались в мать – кучерявые хлопотуньи, невысокие, стройные и на диво легконогие. Глядя на них, поселковые кумушки не уставали шептаться – шальная кровь. Мать Тильды была площадной танцовщицей и умерла от простуды, оставив на улице дочь-подростка. Молодой Самуэль вопреки всем советам пригрел сироту, а когда та вошла в возраст – повел под венец. И ни дня не пожалел об этом.

Штурман считал дни пути, ожидая, когда «Бриганда» вернется в порт Рок, вертлявая лодочка подвезет к островку, и он поднимется по тропе к третьему от конца дому на самом краю поселка. На окошке теплится фонарь – верный знак, что хозяина ждут из плавания. В очаге жарко горят дрова, на плите сонно булькает похлебка с бобами, дочери шьют, сыновья правят сети или режут игрушки из дерева, Тильда – румяная, круглощекая, с белокурыми волосами, надежно спрятанными под чепчиком, хлопочет, успевая делать двадцать дел сразу. …Вот она засияет и ахнет, и побежит навстречу, не успев отереть муки с полных рук. Следом за ней – пестрой толпой сыновья, дочери, служанка, пес, кошки и скандальный ручной попугай. Будут смех и объятья и слезы. Он возьмет старый фонарь и сам задует огонь. А вечером, сидя у теплого камина, прихлебывая сидр, начнет рассказ – о дальних странах, где водятся тигры и обезьяны, удивительных грузах, которые возит их удачливый капитан, странных и страшных встречах в пути. Как живые вспыхнут над мачтами огни святой Фиоленты, махнет хвостом погубительница-сирена, свистнет топор над головой толстопузого боцмана и врубится прямо в бочонок с заморским коньяком, выбив клепку. А потом, поздней ночью, Самуэль заснет на уютной кровати, утомленный, счастливый и легкий, обнимая родное до косточек, теплое тело верной жены…
Collapse )