И продолжая про фест
Почему ещё для меня это так важно.
Давным-давно, в незабвенном 95 году, когда все наши ещё были живы, в Кошатнике водили отраженки, в Ярви ездили поглядеть на странные вещи, просматривали прошлые жизни, пардон, и творили ещё много сомнительного, у меня был день в Ярви, который стал переломным. Я бродила по холмам, трогала вереск, слушала деревья и камни - у каждого валуна там своя душа и свой голос. Вспоминала два случая, когда я действительно видела то, чего объяснить не могла - однажды, когда человек взглядом заставил задымиться фитиль свечи и второй - когда посреди дороги появились и снова исчезли следы копыт. Думала о Дороге. И вдруг поняла, что сейчас могу решить, как ляжет дальше моя судьба. Пойду ли в развилку между холмами, стану одной из Народа - бог весть, что я тогда под этим имела в виду. Или останусь человеком, отрекусь от видения и чувствования, перестану слышать души камней и видеть странные вещи. Но жизнь будет ко мне благосклонна. Я выбрала - стать человеком. И стала.
Жизнь моя потихоньку наладилась насколько это возможно. И даже чудеса в ней остались - способность делать невероятное похоже встроенная, а не привнесенная. А вот все тонкие ощущения за пару-тройку лет отсохли. Я перестала чувствовать мир во всей полноте, слышать деревья и травы, видеть других людей и вникать о чем они думают, ощущать рады мне или нет, хотят меня или нет, дружествуют или нет. Сбилась настройка. Но осталась память, как с этим жить. Ловить волну, идти по трассе, купаться в чужих эмоциях и передавать свои. Идти в город и находить нужного человека наугад, как вытягивать жемчужину из мешка с пшеном. Знать, когда придет письмо или сообщение, ловить - как человек думает о тебе в другом городе, в лесу, на другом конце света. Предчувствовать беды и радости. Трогать мир руками, снимать все пальцами, а не соображением, не просчитывать, делать наугад - и попадать в точку.
Да, взамен я научилась ходить в магазины и рестораны, говорить с чиновниками и врачами, платить деньги за хорошие вещи, зарабатывать, общаться с важными и богатыми людьми, надевать цивильную маску, давать интервью, стала публикующимся писателем и тыды. Насколько это возможно для человека без документов, профессии, прописки, жилья и родных на территории России, моя жизнь таки обустроилась. Но руки у меня изнывали от пустоты, мне не хватало второй половины себя.
И вот в последний год потерянное вдруг вернулось. Я потихоньку заново начинаю чувствовать мир, ловить волны, доверять своим ощущениям. Я обнимаюсь с деревьями и разговариваю с бродячими псами, а они ходят со мной гулять. Я трогаю камешки и глажу стены. Я заново доверяю своей интуиции, вышиваю события шагами на ткани реальности, попадаю в нужное место, в нужное время, в нужный ритм. А на фесте будет полным-полно людей, которые так живут. Часть из них покажется странными даже мне, ага. Чего-то я не понимаю. Чего-то не пойму никогда. Но если я ещё раз упущу возможность побыть эмпатом и кинестетиком, пожить без правил, покататься по земле потому что земля теплая и зовет, окунуться в море, потому что волны просят - сейчас! - я себе этого никогда не прощу.
Вотъ.
Давным-давно, в незабвенном 95 году, когда все наши ещё были живы, в Кошатнике водили отраженки, в Ярви ездили поглядеть на странные вещи, просматривали прошлые жизни, пардон, и творили ещё много сомнительного, у меня был день в Ярви, который стал переломным. Я бродила по холмам, трогала вереск, слушала деревья и камни - у каждого валуна там своя душа и свой голос. Вспоминала два случая, когда я действительно видела то, чего объяснить не могла - однажды, когда человек взглядом заставил задымиться фитиль свечи и второй - когда посреди дороги появились и снова исчезли следы копыт. Думала о Дороге. И вдруг поняла, что сейчас могу решить, как ляжет дальше моя судьба. Пойду ли в развилку между холмами, стану одной из Народа - бог весть, что я тогда под этим имела в виду. Или останусь человеком, отрекусь от видения и чувствования, перестану слышать души камней и видеть странные вещи. Но жизнь будет ко мне благосклонна. Я выбрала - стать человеком. И стала.
Жизнь моя потихоньку наладилась насколько это возможно. И даже чудеса в ней остались - способность делать невероятное похоже встроенная, а не привнесенная. А вот все тонкие ощущения за пару-тройку лет отсохли. Я перестала чувствовать мир во всей полноте, слышать деревья и травы, видеть других людей и вникать о чем они думают, ощущать рады мне или нет, хотят меня или нет, дружествуют или нет. Сбилась настройка. Но осталась память, как с этим жить. Ловить волну, идти по трассе, купаться в чужих эмоциях и передавать свои. Идти в город и находить нужного человека наугад, как вытягивать жемчужину из мешка с пшеном. Знать, когда придет письмо или сообщение, ловить - как человек думает о тебе в другом городе, в лесу, на другом конце света. Предчувствовать беды и радости. Трогать мир руками, снимать все пальцами, а не соображением, не просчитывать, делать наугад - и попадать в точку.
Да, взамен я научилась ходить в магазины и рестораны, говорить с чиновниками и врачами, платить деньги за хорошие вещи, зарабатывать, общаться с важными и богатыми людьми, надевать цивильную маску, давать интервью, стала публикующимся писателем и тыды. Насколько это возможно для человека без документов, профессии, прописки, жилья и родных на территории России, моя жизнь таки обустроилась. Но руки у меня изнывали от пустоты, мне не хватало второй половины себя.
И вот в последний год потерянное вдруг вернулось. Я потихоньку заново начинаю чувствовать мир, ловить волны, доверять своим ощущениям. Я обнимаюсь с деревьями и разговариваю с бродячими псами, а они ходят со мной гулять. Я трогаю камешки и глажу стены. Я заново доверяю своей интуиции, вышиваю события шагами на ткани реальности, попадаю в нужное место, в нужное время, в нужный ритм. А на фесте будет полным-полно людей, которые так живут. Часть из них покажется странными даже мне, ага. Чего-то я не понимаю. Чего-то не пойму никогда. Но если я ещё раз упущу возможность побыть эмпатом и кинестетиком, пожить без правил, покататься по земле потому что земля теплая и зовет, окунуться в море, потому что волны просят - сейчас! - я себе этого никогда не прощу.
Вотъ.