Ника Батхен (nikab) wrote,
Ника Батхен
nikab

Categories:

Двадцать шестая сказка с крыш, для Кати, совсем новенькая :)

Новые феечки появляются на крыше не так уж часто. Дел там много, но каждую лесенку, флюгер, чердак или трубу опекает своя крылатая труженица. А феечки как известно не только бессмертны, но и обыкновенно не любят больших перемен – единожды занявшись чисткой стекол или содержанием в порядке замков, они не меняют привычек. Впрочем, некоторые выходят замуж за принцев, отправляются в поисках приключений на соседние крыши или находят себе другое занятие, подходящее для респектабельного, уважаемого создания.

Наша феечка появилась на крыше после того, как на черной лестнице отремонтировали освещение. Много лет подряд страшные, пыльные голые лампочки на длинных шнурах озаряли обшарпанные ступени тусклым мертвенным светом, то одна то другая перегорала и ходить черным ходом опасались даже самые смелые из жильцов. Но все плохое кончается, симпатичные абажуры превратили черную лестницу в милое место, разогнали крыс с пауками, кое-где на подоконниках даже появились комнатные цветы. А вслед за ними завелась и ламповая феечка – вылупилась однажды из особенно крупного бутона китайской розы, отряхнула крылышки, улыбнулась и тут же занялась делом.

Она была прехорошенькой – золотые кудряшки, синие глаза, лицо сердечком и та особая простодушная милота, которую люди безуспешно пытаются нарисовать на открытках и коробках конфет. Другие феечки решили сперва, что новенькая окажется глупенькой или заносчивой – нет, она просто была хорошей. Славной, искренней, совершенно не замечающей ни насмешек, ни шпилек ни выразительных гримасок. Вскоре её полюбили на крыше и будь наша феечка хохотушкой-болтушкой, у неё завелась бы тысяча новых друзей. Но она любила молчать и смотреть в огонь.

В свободное время она сидела на пороге маленького уютного фейного домика и мастерила свечи. Добрые пчелы собирали для неё воск, приносили пыльцу и лепестки цветов, кошки сметали с крыши звездную пыль и кусочки лунного света, а крысы прикатывали настоящие апельсины – вкусную мякоть грызуны съедали сами, а из шкурок получались замечательные подсвечники. Ловкие пальчики феечки мяли воск, крутили тонкие фитили, добавляли то того, то сего – и свечи получались просто волшебные. Стоило зажечь одну – и отступали печальные мысли, таяли сумерки, разбегались пауки и усатые тараканы. В теплом свете огня феечки казались ещё красивее, принцы – мужественнее, сказки чудеснее и даже какао с корицей и взбитыми сливками становился еще вкуснее. Неудивительно, что свечи разлетались буквально из-под рук и порхали по крыше, пока не находили своих хозяев. Перед тем, как лечь спать, ламповая феечка открывала окно, смотрела как вокруг то тут то там вспыхивают и гаснут звездочки света, и тихо улыбалась.

Когда на крышу пришла зима и жестяные скаты припорошило снегом, феечки и принцы начали мерзнуть в своих сказочных домиках. Они приглашали в гости кошек, чтобы стало теплее, но пушистые нахалки вылизывали все сливки, топтались лапами по розовым одеялам, а потом убегали резвиться, оставляя в гостях семейства несносных блох. Дрожащие феечки колдовали себе пушистые шубки из меха самых фантастических тварей, но волшебная одежка не спасала от русских морозов. Принцы прыгали, отжимались, фехтовали друг с дружкой и играли в футбол на льду, однако и это не помогало. Крысы притащили из подвала на крышу здоровенный старинный самовар, растопили его угольками и получилась печка, но погреться на всех не хватило. Банька тоже работала на износ. Самые нежные феечки начали поговаривать о том, что они сильные, гордые птицы и пора улетать на юг.

Ламповая феечка услышала о будущем перелете и страшно расстроилась – ей нравилась крыша, красивая светлая лестница, цветок-мама. Она любила уютный домик с резными перилами, мягкими ковриками, чашечками тончайшего фарфора, серебряным колокольчиком и тысячей других милых вещей и вещиц, которые превращают обычное жилище в обиталище настоящей феечки. Что бы такого придумать? Положить в теплый воск щепотку листьев малабарской корицы, капельку смолы райского дерева, пол-ложечки лисьего лая, два поцелуя и самую чуточку пепла из настоящего вулкана, свернуть фитилек из единорожьего волоса и поджечь… поджечь падающей звездой!

Ламповая феечка вставила новую свечку в старинный фонарь, который однажды подарила ей Хозяйка лавки ненужных вещей, закуталась в белую шубку и вышла из домика на замерзшую крышу. Там, где она проходила, страшный холод превращался в легкий морозец, грозная метель в новогодний снежок, огромные как драконьи клыки сосули в маленькие сосульки со вкусом мяты и птичьего молока. Теплый свет сделал суровую зиму мягкой и симпатичной. Феечкам и принцам сразу стало теплее. Они высыпали наружу, начали играть в снежки, кататься с горок, лепить белых кроликов и тут же оживлять их. Феечка водосточной трубы наколдовала музыку и тут же начался бал. Наша феечка тоже потанцевала, но немного – ей хотелось отмыть с пальчиков воск, выпить горячего какао и полежать в постели с красивой книжкой о дальних странах, где дуют ветра и корабли бороздят волны. Она выслушала все благодарности, поцеловала в щечки всех новых подруг и тихонько скрылась.

Так и повелось – каждую зиму ламповая феечка делала особенную свечу, чтобы всем-всем стало теплее, вставляла её в фонарь и обходила крышу. На теплый свет слетались заплутавшие воробьи и вороны, выходили неосторожные путники. А однажды прилетел северный ветер, едва не задув огнь белыми крыльями. Он был храбрее, умней и сильнее всех принцев на крыше, он умел подыматься в небо так высоко, как ни одной феечке даже не снилось, и умел слушать сказки так тихо, что они не кончались. Он чудесно кружился в вальсе и кружил головы.
Неудивительно, что ламповая феечка и не подумала сказать «нет», когда ветер пригласил её на танец. А потом на ещё один, и ещё… Она чувствовала себя особенной, счастливой, самой-самой красивой на крыше – и ветер подтвердил «это правда, ты самая-самая», а соседские феечки только ахнули и захлопали крылышками. Но никто не удивился и даже особо не позавидовал – прекрасно, когда кто-то заслужил счастья!

Каждое утро ветер повадился прилетать к своей новой подруге, приносить ей хрустальные колокольчики, лунные яблоки и букеты живых эдельвейсов. Воск из ульев со всего света ветер тоже дарил – ему нравилось, как работает феечка, как ловко движутся её пальчики, как чудесно пахнут готовые свечи. Вот только пламя слишком горячевато – нельзя ли чуточку убавить огонь? Конечно, - улыбалась феечка, незачем обжигать пальцы и перегревать сердца.
Свечи стали синими и зелеными, они вспыхивали фейерверками пестрых огней, рассыпались бабочками и даже стали иногда исполнять желания. Вот только тепла в них становилось меньше и меньше. Феечки повадились крутить носиками, а вот ветер радовался и хвалил за успехи, ему нравились тучи ледяных искр.

Однажды днем к ламповой феечке прибежал расстроенный принц с дальнего края крыши.
- Прости! – сказал он взволнованно. – Прости-прости-прости, но твоя свечка совсем не греет. Я хочу её вернуть!

- Ах, - сказала феечка и покраснела, ей сделалось очень стыдно. – Подожди, сейчас я найду другую.

Она полезла в кладовку, пересмотрела запасы – ни одна из свечей больше не зажигалась. Чудом
нашлась завалящая рыжая звездочка из старых запасов, ламповая феечка отдала её принцу, наспех попрощалась с ним и села, пригорюнившись на крылечке. Скоро прилетит ветер, он мудрый и сильный, он наверняка придумает, как помочь горю и вернуть свечкам толику тепла…

Ветер не запоздал. Он сложил крылья, протянул феечке букет ледяных лилий, поцеловал подругу и отстранился:

- Я прилетел попрощаться! Ты же знаешь, что ветер не может слишком долго оставаться на одном месте. Чтобы летать мне нужна свобода, простор, огромное небо, полярные сияния настоящего Севера. Ты поймешь меня, милая феечка, ты всегда меня понимала.

- Конечно, - кивнула феечка. Ей стало холодно, так холодно, что она сумела не заплакать. – Лети – разве что-то может удержать ветер.

Огромные крылья взметнули пыль, снежная крошка взвилась до флюгера, северный ветер исчез и на крышу больше не возвращался. Ни-ког-да.

Наша феечка вернулась в домик и заперла дверь. Она залезла под самое толстое одеяло, закутала ноги в платок из кошачьей шерсти и наколдовала кружку горячего молока с медом – тщетно. Ей никак не удавалось согреться, хотя на дворе светило солнце и уже пахло весной. Она почти не сердилась на ветра – его дело дуть и летать, а не сидеть на трубе, зато очень злилась на самое себя. Наивная, послушная феечка!

Вскоре пришел апрель, за ним зазеленело лето, а там и осенние бури затанцевали над крышей. Наша феечка прилежно делала свою работу, чистила лестницу, протирала абажуры, поливала цветы. От звуков вальса она вздрагивала ещё долго и на балы больше не ходила, а вот улыбаться и шутить стала совсем скоро. Свечи она все ещё делала, и в жаркие июльские дни спрос на холодный огонь оказался весьма хорош. Но приближалась зима – кто согреет принцев и феечек, кто сотворит свечу и разожжет настоящее пламя? Хуже всего, что сама ламповая феечка больше не могла согреться, она мерзла в самой теплой одежде и дрожала в самый жаркий июльский день. Но не оставляла надежды и трудилась не покладая рук.

В рецепт зимней свечи она собрала все самое горячее, что могла только придумать. Кончик стручка кайенского перца, пушинку из крыла феникса, лоскуток алого паруса, пыльцу тюльпана и воск огненных пчел – как говорила Хозяйка лавки ненужных вещей, эти пчелы живут на солнце. Работа получилась что надо. Феечка взяла тонкий ножик и покрыла свечу узорами, чтобы вдохнуть толику жизни. А потом чиркнула спичкой – тщетно, огонь потух. Что же делать? Как быть?

Феечка села на порог своего домика и горько-горько заплакала. Слезы катились на крышу звонкими льдинками и в ответ с неба посыпался первый снег - медленный и красивый.

- Может и в самом деле лететь на юг? – всхлипнула феечка, не заметив, что говорит вслух.

- Не улетай, милая феечка, - раздался чей-то знакомый голос. – Я помогу тебе.
Феечка подняла голову и увидела принца, которому когда-то отдала последнюю свечку.

- Чем тут помочь? Разве драконьим пламенем – так драконы в города не летают.

- На свете нет ничего горячей, чем огонь любящего сердца, - сказал принц и немного покраснел. – Я подарю тебе свое сердце, ты зажжешь свечу и всем станет тепло. Бери, мне не жалко. Ну же!

Не успела ламповая феечка возразить, как принц и вправду достал пылающий шар из груди и протянул его феечке на ладонях.

- Вот глупый! – ахнула феечка. – Глупый, глупый принц! Никому на свете нельзя отдавать свое сердце – ты останешься бессердечным, а огонь потухнет навеки.

Она быстро взяла свечу, подожгла фитиль и так сердито посмотрела на принца, что он тотчас убрал сердце на место. И улыбнулся:
- Получилось ведь?

Не может быть… Или может? Пламя и в самом деле принялось, свеча разгорелась. На крыше стало тепло как в мае, откуда-то даже запахло яблоневыми цветами.

- Ура, получилось! – захлопала в ладоши феечка. И почувствовала, что больше не мерзнет. Она тут же убежала в домик и скрутила новую свечку из первого попавшегося кусочка воска. Чирк – желтый огонек весело заплясал.

…В ту зиму на крыше никто не мерз и даже не простужался. Феечки порхали в нарядных платьицах, принцы щеголяли батистовыми рубашками, Хозяйка надела умопомрачительную юбку расшитую слонами и пальмами, а кошки с крысами щеголяли совсем без штанов. Впрочем, они их никогда не носили.

Ламповая феечка снова мастерила для всех свечи, мурлыкая под нос песенки, убиралась на лестнице и бродила по вечерам с фонарем. Танцы она все-таки разлюбила, а в остальном жизнь наладилась. И некий принц, оставлявший на пороге уютного домика то цветок, то имбирный пряник, то чашку горячего шоколада (как легко он разливался и как тяжело отмывался!) все чаще сопровождал ее на прогулках. Феечка опять стала счастливой. А когда северный ветер проносил в небе яростные метели и покрывал льдом провода, она лишь плотней задвигала ставни.
Subscribe

  • Посвящение Памуку

    Снег наступает на Средиземные берега, Чтобы прятать руины и камни оберегать. В белой овечьей шерсти лежать, не тая, Сделать прическу статуе - ай,…

  • Других не будет

    Боженька, когда я снова влюблюсь, пошли мне человека хорошего Чтобы в косоворотке или толстовке, бродил дубовыми рощами, Квас пил и капли стекали по…

  • Питеру

    Что сказать тебе, город, отброшенный словно старая кожа? Город, который я предала, улизнула, смылась? Променяла твой серый холод на пьянящую синеву,…

promo nikab january 25, 2019 07:55 106
Buy for 200 tokens
Что я умею делать: Журналистика. Опубликовала более 1000 статей в журналах «ОК», «Шпилька», «Психология на каждый день», «Зооновости», «Наш собеседник», "ТаймАут", "Офис Магазин", «Мир Фантастики»,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments